Кабальные сделки при осуществлении предпринимательской деятельности: ловушка для контрагента или коллизия в законодательстве

01.10.2005


Калиновский Сергей Михайлович

Любая сделка как действие представляет собой единство внутренней воли и внешнего волеизъявления. Именно поэтому отсутствие какого-либо из этих элементов или несоответствие между ними лишает сделку юридической силы. Презумпция соответствия волеизъявления внутренней воле является опровержимой. Но, согласно п. 1 ст. 167 ГК, опровержение этой презумпции допускается лишь в строго определенных случаях: по основаниям, установленным ГК или иными законодательными актами (законами Республики Беларусь, декретами и указами Президента Республики Беларусь).

В соответствии со статьей 180 ГК одним из оснований недействительности оспоримых сделок, является совершение такой сделки, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне не выгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальной сделки). Это основание относится к такой категории оснований недействительности сделок, когда отсутствие внутренней воли или пороки ее формирования были вызваны внешним воздействием.

В отличие от ГК 1964 года, который определял кабальную сделку как  сделку, которую гражданин вынужден был совершить на крайне невыгодных для себя условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств, действующий ГК не только ввел новые признаки данной сделки-действия, но и констатировал, что кабальную сделку может заключить любое лицо, в том числе и юридическое.

Таким образом, согласно действующему ГК кабальные сделки характеризуются следующими признаками: 1) заключать кабальную может любое лицо (юридическое или физическое); 2) кабальная сделка заключается вследствие стечения тяжелых обстоятельств (легкомыслие или неопытность потерпевшего в расчет не принимаются); 3) кабальная сделка заключается не просто в ущерб потерпевшему, а на крайне невыгодных для него условиях, когда встречные предоставления являются несоразмерными; 4) другая сторона в сделке сознательно использует тяжелое положение потерпевшего при заключении сделки.

С учетом того, что истцом, а следовательно и активной стороной, по данной категории судебных споров является только потерпевший, рассмотрим вопрос о том, может ли быть потерпевшим в кабальной сделке юридическое лицо – коммерческая организация и какие для этого необходимы условия.

В соответствии со ст. 46 ГК коммерческая организация в качестве основной цели своей деятельности преследует извлечение прибыли. Прибыль извлекается в процессе осуществления предпринимательской деятельности, под которой ст. 1 ГК понимает самостоятельную деятельность юридических и физических лиц, осуществляемую ими в гражданском обороте от своего имени, на свой риск и под свою имущественную ответственность и направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи вещей, произведенных, переработанных или приобретенных указанными лицами для продажи, а также от выполнения работ или оказания услуг, если эти работы или услуги предназначаются для реализации другим лицам и не используются для собственного потребления.

С учетом сути предпринимательской деятельности можно с уверенности говорить о том, что распространение правил о кабальных сделках на юридические лица – коммерческие организации в том виде, как это предусмотрено действующим законодательством, вряд ли  оправданно.

Как отмечает О. Н. Садиков, при неблагоприятной конъюнктуре рынке предприниматели могут идти на заключение сделок на явно невыгодных для себя условиях, опасаясь дальнейшего ухудшения экономической обстановки. Такие сделки не могут признаваться кабальными. Равным образом не должны признаваться кабальными сделки, совершенные предпринимателями с явными коммерческими просчетами, поскольку предпринимательская деятельность осуществляется на их риск.

Однако научное толкования нормативного акта не всегда определяет путь развития судебной практики, и соответственно, действующая редакция п. 1 статьи 180 ГК дает недобросовестным контрагентам возможность для злоупотреблений, так как элемент «кабальности» присутствует во всех сделках, направленных на извлечение выгоды. Это делает возможным признание недействительными по сути любых сделок, заключаемых на рынке, что крайне опасно для гражданского оборота в целом. И особенно неблагоприятно в данном случае последствие недействительности сделки в виде односторонней реституции, то есть теоретически, имеется возможность возникновения ситуации, когда добросовестная коммерческая организация, совершившая особо прибыльную сделку в итоге не только лишится прибыли, но и понесет убытки, потеряв встречно предоставленное.

Судебная практика, сложившаяся в процессе рассмотрения исков об установлении факта ничтожности сделки (исков о признании оспоримой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности) неоднократно обобщалась. Однако какой-либо  детальный анализ правовой природы кабальных сделок в указанных документах отсутствует. Лишь в Постановлении Пленума Высшего Хозяйственного суда Республики Беларусь от 27 мая 2004 года № 11 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами законодательства, регулирующего недействительность сделок» в пункте 21 разъясняется, что стечением тяжелых обстоятельств (кабальность сделки) может считаться такое имущественное положение лица, которое вынудило его осознанно и добровольно заключить сделку на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона сознательно воспользовалась. Вместе с тем, поскольку предпринимательская деятельность носит самостоятельный инициативный характер и осуществляется предпринимателем на свой риск, его просчеты в коммерческой деятельности (в том числе и явные), допущение им производственно-хозяйственного риска, конъюнктура рынка сами по себе не могут являться условиями кабальности совершенных им сделок.

Достаточно противоречивое разъяснение, не снимающее вопросов, возникающих на практике. Подтверждением этого может считаться классическая ситуация, когда один субъект хозяйствования продают другому субъекту хозяйствования товар по крайне заниженной цене в виду острой нуждаемости в деньгах, например для уплаты налогов или для уплаты таможенных платежей, за ввозимых товар, который будет им в последующем продан и получена большая прибыль. И в случае с уплатой налогов и в случае с «таможенной очисткой» товаров сделка по продаже совершается на крайне невыгодных условиях под давлением бремени последствий неуплаты налогов (таможенных платежей), что полностью подпадает под ситуацию, предусмотренную ст. 180 ГК. Однако говорить о целесообразности такого подхода законодателя к такому решению ситуации вряд ли возможно.

Именно поэтому существует необходимость внесения изменений в ГК в части исключения юридических лиц (индивидуальных предпринимателей) из круга возможных потерпевших от кабальных сделок, либо хотя бы в введении более жестких условий признания сделок, заключаемых индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами (при осуществлении предпринимательской деятельности), кабальными.

Например, О. В. Гутников предлагает в данном случае взять за основу по аналогии нормы об основаниях освобождения от ответственности предпринимателей за нарушение обязательств.

Полагаем, что обязательными условиями для признания сделки, заключенной юридическим лицом (индивидуальным предпринимателем) при осуществлении предпринимательской деятельности, кабальной являются следующие:

- стечение тяжелых обстоятельств должно быть объективно непредотвратимым при данных условиях;

- соответствующее стечение тяжелых обстоятельств должно быть чрезвычайным (неожиданным). Любые явления в экономической и политической жизни, наступление которых можно было прогнозировать, не будет отвечать признакам чрезвычайности;

- если стечение тяжелых обстоятельств непосредственно не влечет за собой необходимость заключения сделки на крайне невыгодных условиях, то основания признания сделки кабальной отсутствуют.

Не может считаться стечением тяжелых обстоятельств ситуация, обусловленная нарушением обязанностей со стороны контрагентов «потерпевшего», отсутствием нужных товаров на рынке, отсутствием необходимых денежных средств (для выплаты зарплаты, уплаты налогов).

Обязательным признаком кабальности сделки является заключение ее на крайне невыгодных условиях. Это понятие оценочное и в каждом конкретном случае подлежит доказыванию потерпевшим и оценке судом. Главное, чтобы размер встречных предоставлений по такой сделке был несопоставим.

В судебной практике России еще в 1927 году выработаны следующие установки к определению крайне невыгодных условий: «закон требует, чтобы невыгодность была явной… ее условия в сравнении со средними существующими в этот момент ценами являются резко, значительно невыгодными для одной из сторон, то есть резко отступающими от нормальных условий для этого рода договоров, и что лишь только в силу тяжелого бедственного положения – крайней нужды – одна из сторон принимает эти диктуемые ей сильной стороной условия».

Новеллой действующего ГК является то, что для признания сделки кабальной требуется еще доказательство того, что другая сторона воспользовалась стечением тяжелых обстоятельств. При этом не вполне удачная редакция ст. 180 ГК не дает однозначного ответа на вопрос: чем должна воспользоваться другая сторона – стечением тяжелых обстоятельств, крайне невыгодными условиями сделки или и тем и другим одновременно.

Полагаем, что в данном вопросе предметом доказывания со стороны потерпевшего будут являться факты, подтверждающие, что недобросовестная сторона воспользовалась тем, что контрагент находился в ситуации, обусловленной стечением тяжелых обстоятельств и контрагент заключает сделку вынужденно, только под воздействием тяжелых условий.

Весьма спорным является вопрос о том, как определить момент, с которого сторона считается воспользовавшейся стечением тяжелых обстоятельств. Так, О. В. Гутников указывает, что: «Сторона уже будет считаться воспользовавшейся стечением тяжелых обстоятельств с момента заключения сделки. Неисполнение сделки потерпевшим не является основанием утверждать, что ее контрагент не успел воспользоваться кабальной сделкой. Уже сам факт заключения договора свидетельствует о том, что недобросовестная сторона воспользовалась неблагоприятным стечением обстоятельств у другой стороны».

О. Н. Садиков по этому поводу пишет: «Не требуется, чтобы эта другая сторона совершала активные действия, с тем, чтобы воспользоваться тяжелыми обстоятельствами контрагента; само заключение такой сделки будет, как правило, достаточным».

С данными утверждениями трудно согласиться. ГК четко указывает в дефиниции ст. 180 о совершенной сделке. Неблагоприятность последствий, наступивших для потерпевшего выражается в данном случае не в самом заключении (подписании) сделки, а в ее исполнении, так как именно само исполнение влечет негативные последствия для потерпевшего. На обоснованность такого подхода прямо указывает и п. 2 ст. 180 ГК, который говорит о том, что потерпевшему возвращается другой стороной все полученное по сделке, а далее указывает, что сам потерпевший может к моменту признания сделки недействительной и не получить возмещение переданного другой стороне. Именно поэтому правильным будет говорить о том, что сторона будет считаться воспользовавшейся стечением тяжелых для потерпевшей стороны обстоятельств с момента получения от нее (потерпевшей стороны) удовлетворения по договору.

Последствием признания сделки кабальной является односторонняя реституция. Основанием применения конфискационных мер к одной из сторон сделки как раз и является то обстоятельство, что она умышленно воспользовалась стечением тяжелых обстоятельств у другой стороны.

Позиция законодателя при установлении односторонней реституции в отношении кабальных сделок, совершенных при осуществлении предпринимательской деятельности, представляется не совсем корректной. Ведь получение прибыли (со всеми сопутствующими рисками) не должно ограниваться «домокловым мечём» лишения не только полученного дохода, но и затраченного на встречное исполнение. Полагаем, что в данном случае в ГК необходимо указать на особые последствия признания недействительной кабальной сделки, совершенной при осуществлении предпринимательской деятельности. Именно здесь можно попытаться реализовать подход об «аннулировании неблагоприятного для потерпевшей стороны  условия сделки» с последующим определением содержания этого условия в решении суда (определения по аналогии с преддоговорными спорами). Полагаем, что именно такое решение ситуации учитывает специфику заключения сделки при осуществлении предпринимательской деятельности, когда кабальность касается именно условия сделки.

В заключении необходимо отметить, что существует острая необходимость принятия нормативного правового акта, разъясняющего спорные вопросы применения статьи 180 ГК, а также обобщающего практику хозяйственных судов по указанному вопросу.

Статья опубликована в журнале Юрист № 9 (52) за сентябрь 2005 года

 

Вернуться к Статьям